Для начала стоит объясниться: а есть ли смысл в таком вопросе?
То, что покер не только коммерческая игра и времяпровождение, но и целая индустрия – совершенно очевидно. И эта индустрия имеет обширную инфраструктуру.

Покеррумы, вспомогательный софт с его производителями и продавцами, обучающая литература, школы покера, покерная журналистика, аффилиэйт и ряд других элементов этой инфраструктуры позволяет называть современный клубный покер индустрией.

Но любая индустрия вторична, первична же ее основа, без которой она не может, да и не должна существовать. Так нефтяная индустрия основывается на нефти и без последней само ее существование теряет смысл. Поэтому логичен ли вопрос о том, что первично, а что вторично?

Как ни парадоксально это выглядит на первый взгляд, но именно для  клубного покера – такой вопрос вполне логичен. Более того, ответ на него может служить своего рода индикатором состояния дел – насколько оно нормально и естественно?

Многие годы клубный покер был преимущественно американской игрой. С появлением интернета и благодаря существованию онлайновых покерррумов, возможность играть друг с другом в эту прекрасную игру появилась у любого пользователя «всемирной паутины», где бы он ни находился.

Сопутствующие барьеры, такие как языковой, финансовый (осуществление платежей) и другие стали достаточно быстро преодолеваться. Таким образом, с помощью онлайновых покеррумов клубный покер стал транснациональным явлением.

Параллельно развивалась и вся покерная индустрия. И до поры до времени она была так же вторична по отношению к самой игре, как любая индустрия по отношению к своей основе. Но не будем забывать, что покер – совершенно специфическое явление, которое касается совершенно различных сфер и в то же время не сводимо полностью ни к одной из них.

И на определенном этапе транснациональность онлайн покера вступила в противоречие с фискальными государственными интересами. Впервые это произошло несколько лет назад в США, где в совершенно «непокерный» законопроект об охране морских портов был включен пункт, запрещающий американским финансовым институтам операции с «покерными» деньгами.

По сути дела это был первый удар по транснациональному характеру онлайн покера. Даже несмотря на то, что многие румы не запретили играть  у себя американцам, этот удар оказался более чем ощутимым. Однако главная проблема, как показало будущее, заключалась не в самом факте этого удара, а в тех причинах, которые вызвали его к жизни.

Уровень капитализации онлайн покеррумов не так уж и мал, однако по сравнению с масштабами национальной экономики любой мало-мальски развитой страны он просто смехотворен. Тем не менее, государству оказался совсем не безразличен тот факт, что часть его граждан предпочитает проигрывать некоторые суммы денег гражданам других государств.

США оказались первым таким небезраличным государством. Но далеко не последним. В силу чего транснационализация онлайнпокера грозит обернуться «национализацией». Внутри отдельных румов уже созданы «национальные секции», где граждане будут проигрывать деньги исключительно согражданам, тем самым не нанося никакого ущерба финансовой системе своих стран. Это пока лишь «первые ласточки», это еще не стало системным явлением. Но нет никакой гарантии, что не станет.

Какое все это имеет отношение к теме наших рассуждений? К сожалению, самое прямое. Потому что с того самого момента, как некоторые государства решили ограничить  онлайн покер в своих национальных рамках, он перестал быть первичным  по отношению к собственной индустрии. 

До этого момента индустрия подчинялась его правилам, как это и «положено» в любой другой сфере. Она не столько формировала традиции и пути развития покера, сколько следовала за ними, приспосабливалась к ним, стараясь извлекать все большую и большую выгоду в постоянно изменяющихся условиях. 

Теперь индустрия диктует покеру свои правила игры. Потому что любая индустрия в свою очередь подчиняется правилам игры, устанавливаемым государством и прежде всего фискальными органами.

По большому счету, это абсолютно логично и нормально. Клубный покер – такой же бизнес, как и любой другой. Имеет ли он право претендовать на какие-либо «особые» условия? Но подчеркнем еще раз: покер не сводим к любому другому виду бизнеса, это – совершенно специфическая сфера.  И тенденции, подобные «национализации», могут просто погубить ее.

О каком развитии покера может идти речь, если игроки будут замкнуты в собственных «национальных квартирах» и будут вынуждены вариться в одном «национальном  котле»? Такие ограничения неминуемо наложат отпечаток на все элементы покерной индустрии с самыми негативными последствиями для последней.

Начавшееся создание национальных секций внутри покеррумов – ярчайший пример того, как совершенно неестественным образом покерная индустрия диктует свои установки собственной основе – покеру.

Совершенно очевидно, что такие решения появились как некий компромисс между государственными интересами, интересами покеррумов и интересами игроков. Почему та же Италия не поставила онлайн покер фактически вне закона, подобно тому, как это было сделано в США? Видимо, был учтен неудачный американский опыт.

А неудачен он был как по своей сути, так и по результатам. Ведь в современном мире подавляющее большинство пользователей сети Интернет, которыми являются и члены правительств, понимают, что эта сеть по определению не имеет границ и призвана разрушать имеющиеся.

Если посредством сети Интернет не осуществляется никаких уголовно-наказуемых деяний, например, мошенничество или распространение запрещенных в большинстве стран материалов, то накладывать какие-то ограничения на взаимодействие между пользователями, во-первых, абсолютно противоестественно, а во-вторых – практически неэффективно.

Что в полной мере и продемонстрировал опыт американских запретов на игру в покер онлайн. На поводу у этих запретов пошли далеко не все румы и сети. А крупнейшие – то есть те, которые и делают погоду в онлайн покере, просто проигнорировали всякие запреты. Поэтому американцы по-прежнему составляют большинство игроков в онлайн покеррумах, которые не лишили их возможности играть. И это при том, что данные игроки занимаются игрой в покер онлайн только на свой страх и риск.

Поэтому другие страны, которые вслед за США озаботились надуманной проблемой бесконтрольности проигрышей в онлайн покер своих граждан, не пошли по американскому пути, а нашли компромиссное решение по созданию национальных секций. Однако, как уже говорилось, такой компромисс не менее, а может быть даже более вреден для покера, чем прямой запрет, который практически никто не выполняет.

До того, как стали намечаться все эти тенденции, пути развития покера, а соответственно и покерной индустрии виделись совсем по-другому. По «здоровой» схеме, когда покер определяет лицо своей индустрии, а не наоборот, ниша онлайн покера как явления международного масштаба должна была постоянно увеличиваться. Собственно, не исключено, что и самые яркие события в покерном мире стали бы со временем происходить именно онлайн.

Теперь же становится ясно, что на этом пути ряд государств устанавливают практически непреодолимые преграды в виде национальных покерных «анклавов». Если представить себе, что процесс пойдет и дальше именно по такой колее, то чего будут стоить например такие мероприятия как чемпионаты мира, проводимые онлайн?

Конечно, их статус никогда не был хоть сколько-нибудь сопоставим со статусом аналогичным соревнований оффлайн, но это могло быть делом будущего, возможно и не такого уж отдаленного.

Кроме того, не исключено, что локализация массы онлайн игроков по национальному признаку – это только первый шаг ограничений, за которым последуют и другие. Так или иначе, в такой ситуации покер не может нормально развиваться.

Являются ли описанные процессы результатом чьей-то «злой воли» или имеют под собой объективные основания? В самом начале уже говорилось, что стремление любого государства контролировать денежные потоки любого масштаба и характера – совершенно естественно. Другое дело, когда вместо реального контроля появляются лишь рамки и ограничения, порой совершенно абсурдные.

Но конкретно для клубного покера все это усугубляется тем, что он является совершенно специфической сферой деятельности. Это и высокоинтеллектуальная игра, и бизнес, и развлечение одновременно. Поэтому попытки загнать покер в какую-либо одну сферу и подчинить его полностью правилам данной сферы, не могут увенчаться успехом.

В этом смысле единственным разумным и, самое главное, устраивающим абсолютно все заинтересованные стороны решением было бы окончательное и повсеместное закрепление за клубным покером статуса спорта. Тогда его индустрия стала бы не только игорной, коммерческой и развлекательной, как сейчас, а именно спортивной. То есть естественным образом включающей в себя все эти элементы.

Тогда ни у кого – ни у участников покерной индустрии, ни у потребителей ее продуктов, ни у государств, в которых находятся эти участники и потребители – не возникало бы никаких вопросов с механизмами регулирования сферы онлайнпокера и контроля за ней. Таким образом, в конечном счете, возникла бы ситуация, за покерным столом невозможная – в выигрыше оказались бы все.

Первый шаг к этому был сделан два года назад в России, что особенно показательно. Но можно ли испытывать хоть какую-нибудь степень оптимизма по этому поводу, если от спортивного статуса клубного покера отказалась даже страна, являющаяся в этом смысле пионером? По крайней мере, на сегодняшний день – вряд ли, хотя формально в России клубному покеру все-таки оставлена возможность вернуть утраченный статус спорта.