Саратога-Спрингс – город, в котором придумали чипсы. Нет, не покерные, а те самые картофельные, которые любит каждый из нас. Но и к покеру этот город имеет самое прямое отношение. В начале XIX века Саратога-Спрингс пользовался большим спросом у богатых и избалованных развлечениями американцев. Саратога был процветающим городом-курортом с развитой сетью казино и законной возможностью сыграть в покер, ставшим к тому времени национальной игрой Америки.

О Саратоге, индейской деревне с волшебными минеральными источниками, белые люди узнали от британского баронета сэра Уильяма Джонсона. В 1756 году он был назначен управляющим по делам индейцев в северных колониях Британской Короны. В его обязанности входило поддержание дружеских отношений с коренным населением новооткрытых земель, с чем он вполне успешно справлялся. Раненный во франко-индейской войне Джонсон был привезен друзьями-ирокезами в маленькую деревушку, в которой прямо из-под земли били источники, оздоравливающие сердце и суставы.

Первые белые поселенцы стали прибывать сюда в 1776 году, они начали строить бани и прообразы современных спа-салонов, используя живительную силу местных источников. Это был образцовый город, придерживающийся, как мы сказали бы сейчас, здорового образа жизни: Саратога стал одним из первых городов Америки, в котором был провозглашен «сухой» закон. Более того, в нем были запрещены все азартные игры и даже танцы. Так продолжалось до 1820 года, пока городские власти не поняли, что подобные ограничения ставят город в довольно шаткое экономическое положение и отпугивают большой поток богатых туристов. Все запреты были сняты.

И вскоре знаменитый врач Симон Барух объявил Саратогу-Спрингс лучшим американским курортом в европейском стиле, и потоки богатых туристов и дальновидных бизнесменов просто хлынули в эти места. Одним из предпринимателей, разглядевшим потенциал города, был Джон Моррисси, ирландский боксер, чемпион США 1852 года, миллионер и большой любитель покера.

К тому времени, как Моррисси приехал в Саратогу превращать его в шикарнейший курорт с роскошными отелями и казино, Джон уже был владельцем пяти казино в Нью-Йорке. Для взыскательной публики (а многие из влиятельных людей Америки, кстати, были личными друзьями Моррисси) в Саратоге  он построил не только казино, отель и санаторий, но и оперу, театр, ипподром и гоночный трек, ставший впоследствии еще одной туристической достопримечательностью города.

Что же до казино, так это было самое роскошное казино того времени, вход в который был открыт всем гостям кроме женщин и местных жителей. Они, конечно же, могли посещать ресторан и другие места клуба, но только не территорию самого казино. «The Club House» был украшен дорогими люстрами, статуями, отделан латунью, деревом и стеклом, он сразу же был признан самым элегантным казино Америки. На первом этаже играли в фаро и рулетку, а весь второй этаж был отдан игрокам в покер.

«Американское Монте-Карло» - так прозвали город, ставший лучшим развлекательным курортом, здесь велись игры на очень высокие ставки, проигрывались и выигрывались целые состояния. В числе покровителей казино Моррисси были самые выдающиеся люди того времени – писатель Марк Твен, генералы Шерман и Шеридан, несколько американских президентов, магнаты Корнелиус Вандербильт, Джон Рокфеллер, Даймонд Джим Брэди, Джон Уорн Гейтс. Всех их периодически можно было увидеть за покерным столом. 

Успех, известность и друзья убедили, однако, Моррисси оставить свое азартное дело и уйти в политику. Но бросать свое казино на произвол судьбы было бы большой ошибкой, и вскоре был найден подходящий покупатель. Им стал Ричард Кэнфилд, другой известный казино-магнат и тоже поклонник покера.

Ричард Кэнфилд остался в американской истории как первый «король» казино. Свой бизнес он начинал с того, что долго копил на покупку маленького покер-рума в Провиденсе, в котором был всего лишь один стол со ставками, ограниченными 10 центами. Накопив достаточно денег, Кэнфилд поехал в Европу, чтобы посетить тамошние знаменитые игорные дома. Больше всего его впечатлил Монте-Карло: элегантность интерьеров, угощения, комфорт. Кэнфилду стало очевидно – лучший стиль и лучший сервис привлекают лучших клиентов. С этой мыслью он вернулся в Нью-Йорк, где открыл Madison Square Club, игорный клуб-отель в стиле элитных заведений Европы. Кэнфилд был радушным и внимательным хозяином, предлагал щедрый стол и большой выбор вин, но главное отличие от других нью-йоркских игорных домов заключалось в честности. Ричард Кэнфилд боролся за честность игры в своем заведении, и это привлекло к нему много уважаемых клиентов и создало репутацию. Став оператором казино, сам Кэнфилд никогда уже в своей жизни не играл в любимые игры – покер и фаро.

Именно этому человеку в 1894 году было предложено казино Моррисси в Саратоге. К моменту покупки казино уже начало страдать от нехватки внимания к себе со стороны хозяина – Моррисси был увлечен другими заботами. Кэнфилду пришлось продать свой нью-йоркский клуб, чтобы вложить деньги в ремонт «The Club House». Новый владелец переделал ландшафт вокруг заведения, разбил итальянский сад, украсил его элегантными фонтанами, а внутренние стены казино стали галереей коллекционных картин. Кэнфилд был известен как большой ценитель изобразительного искусства.

Покерные столы при Кэнфилде разместились на первом этаже. Ставки в «The Club House» были вдвое выше, чем в Монте-Карло – до 1000 долларов. Гостям подавали лучшие сигары, еду и напитки. Кэнфилд не скупился на угощения, за два-три месяца он тратил на питание по 70 тысяч долларов. Оно и понятно – заведение приносило ему доход в 2 миллиона долларов ежедневно! Слава казино Кэнфилда способствовала тому, чтобы Саратога стала величайшим игорным курортом Америки, при этом обладала хорошей репутацией, а сам Кэнфилд постоянно делал пожертвования для церквей, больниц, гражданских и благотворительных организаций.

Но, несмотря на порядочность курорта, казино и игры в городе вскоре оказались под запретом. Король азартной Саратоги был разгневан и подавлен. В 1907 году он продал казино и уехал в более демократичный Нью-Йорк. Вместе с собой Кэнфилд увез из Саратоги славу первого игорного курорта Америки.

Сегодня Саратога известна своим ипподромом и скачками. Азартные игры не являются существенной туристической привлекательностью, как раньше, хоть Саратога-Спрингс и входит в список городов США, в которых легализованы казино и игра в покер. Казино Моррисси-Кэнфилда стоит здесь по-прежнему, но теперь оно превратилось в исторический памятник Америки, а игры ведутся в других местах. Их здесь всего два.