Антонио Эсфандиари, он же Амир Эсфандиари, родился 8 декабря 1978 года в Тегеране. Когда Амиру было 9, его семья переехала в Калифорнию, где Амир стал Антонио и увлекся, для начала, не покером, а магией. Развлекая публику магическими трюками он однажды оказался за покерным столом. Тут и открылись его настоящие способности.
Шествие Эсфандиари по миру большого покера началось в 2004, когда он последовательно выиграл сначала $10,000 L.A. Poker Classic в рамках WPT с призом $1,4 миллиона, а затем $2,000 Pot Limit Hold'em на Мировой Серии Покера. Затем в карьере Эсфандиари наступило затишье, но в 2010 он снова вернулся на арену, одержав победу в $10,000 Doyle Brunson Five Diamond World Poker Classic.
К настоящему времени общие турнирные выигрыши Эсфандиари насчитывают более $4,5 миллиона. В интервью журналу Блефф Эсфандиари рассказал об изменениях покерного мира за время его карьеры.

Сложно поверить, что твой первый WPT прошел всего 7 лет назад. Кажется, что это было вечность назад.
-    Семь лет это очень долгий срок для покера. Игра в то время была совершенно другой.

Ты был очень молод, когда к тебе пришел успех. Было ли у тебя чувство, что покер это просто и теперь ты будешь просто брать одну вершину за другой, или у тебя был более реалистичный взгляд на вещи?
-    Действительно семь лет назад я думал, что покер это просто – но не то чтобы я хвалился. Просто вокруг не было такого количества хороших игроков, затем ситуация изменилась. Сейчас вокруг очень много хороших игроков в покер, все эти юные волшебники, которые сыграли миллионы рук онлайн. И каждый выглядит уверенным, что он действительно знает, что делает.

Ты поднялся на волне покерного бума в удачное время. Климат в покере с тех пор изменился?
-    Как я уже сказал, все стали играть лучше и сам спорт – или игра – тоже изменился. Теперь ты уже не можешь сделать себе имя просто выиграв турнир WPT. Семь лет назад я выиграл WPT и это сразу привлекло ко мне внимание. Я оказался в правильном месте в правильное время – именно тогда, когда покер набирал популярность. Сейчас, если бы я выиграл один из турниров Мирового Покерного Тура в Белладжо, это бы никого особенно не волновало. С каждым годом, в мире покера появляется все меньше громких имен. Тебе надо выиграть Главный Турнир или быть Томом Дваном или Даниэлем Китсом. Тебе нужно быть или одним из лучших онлайн-игроков в мире, или выиграть Main Event.
Всё стало сложнее. Люди лучше играют, их стало больше, соревноваться намного тяжелее. Так что вернуться семь лет спустя и победить 438 игроков, которые явно выше уровнем, чем твои противники семь лет назад – это приятно.

А если посмотреть на покер, как на бизнес? Было ли в то время больше возможностей, чем сейчас?
-    Когда начиналась волна интереса к покеру, не было экономического спада, люди были готовы тратить деньги на продукцию связанную с покером, ТВ-шоу и так далее. Это был покерный бум, но он прошел. Пять или шесть лет назад был расцвет покера, но с тех пор волна немного схлынула. Рынок всё ещё существует, но он уже не так велик.

Выигрыши это приятно, но всё-таки иметь так много в столь юном возрасте может быть опасно, не так ли?
-    Я думаю, что многие просто не понимают своего везения в раннем возрасте и принимают безответственные решения насчет денег. Поэтому многие, кто делает деньги в юности, теряют их. Мне нравится думать, что я человек другого типа. Я всегда знал цену деньгам. Поэтому я был единственным игроком в покер, который не разорялся – я старался не потерять деньги и принимал решения исходя из этого.

Ты действительно никогда не терял деньги?
-    Когда я начал играть, я поднялся от нуля к банкроллу в $7k, это было в самом начале. Я, правда, растратил их позже, но не потерял совсем всё, поскольку у меня была работа и я не считал эти деньги чисто покерным банкроллом. Но с тех пор как я бросил работу и сконцентрировался на покере, я не терял все деньги и я не уверен, что в мире покер есть другой игрок, который может так о себе сказать.

Между турнирами Мирового Тура у тебя был безрезультатный период. Насколько тяжело это было?
-    Эмоционально это было очень сложно – играть так долго без выигрышей в крупных турнирах. Меня очень поддержал мой отец, он приходит на все мои турниры и всегда болеет за меня. Я не был за финальным столом Мирового Тура за семь лет – вот это безуспешность! Это явно не тот период в жизни, который я хотел бы повторить и я надеюсь, что мне не придется ждать ещё семь лет до своего следующего финала.

Парадокс состоит в том, чтобы для того, чтобы быть успешным турнирным игроком, тебе нужно быть очень состязательным и очень сильно желать победы, но в то же время турнирный покер это постоянное умение переживать неудачи. Это сбивает с толку?
-    Нет, ты просто принимаешь это. Это математика. В турнире, где 400 игроков и всего один победитель, может быть только определенное количество победителей в год - для примера, за последние 7 лет было 70 WPT и, соответственно, всего 70 победителей – математически, я должен побеждать в одном турнире из 400 чтобы быть в их числе. Но да, это трудно играть семь лет без победы, но и выиграть один из таких турниров – очень тяжело.

Ты не проклинал удачу? Или раз уж математически это было верно, ты считал свой затяжной период без побед – заслуженным?
-    Это точно не ощущалось «правильно», потому что я хотел выигрывать ещё. Но с математической точки зрения – мне не на что жаловаться. Конечно, были случаи когда я был очень близок к успеху и все заканчивалось неудачно, но это покер. Зачем рассказывать все эти истории о бэдбитах. Если смотреть на картину в целом – я успешный игрок.Ты всё ещё ведешь активную тусовочную жизнь?
-    Я считаю, что мы живем один раз и молодыми бываем тоже только однажды. Когда-нибудь у меня будет жена и дети и когда это случиться у меня не будет возможности сорваться с места и делать что хочу. Поэтому пока я  был молод, в Вегасе и финансово свободен, я имел возможность делать вещи, которые многим недоступны. Но я практически утолил эту жажду со временем.

Теперь ты стал умеренным человеком?
-    Я точно стал более умеренным, чем был. Я всё ещё развлекаюсь, но моё здоровье уже не выдерживает вечеринки четыре дня в неделю. Мне 32 и пора бы уже найти жену!

Значит, у тебя уже и фитнес-тренер появился?
-    Да. Тренер и диетолог в одном. Он позаботиться чтобы я жил вечно.

Как изменился твой игровой стиль по сравнению с юным Антонио? Судя по твоим противникам, ты был Лузово-агрессивным игроком. Теперь мы видим тебя в High Stakes Poker скорее как Тайтово-агрессивного игрока, наверняка не без причины. Но действительно ли твой стиль настолько изменился?
-    Это смотря против кого играть. Люди критикуют меня за то, что я так тайтово играю на High Stakes Poker, но я за одним столом с Филом Айви, Дурром и Патриком Антониусом, играя за полмиллиона долларов. Зачем мне пытаться переехать таких игроков?

Насколько банкролл является проблемой? Несмотря на твою финансовую состоятельность, у этих ребят денег ещё больше. Это давит на тебя?
-    Я уверен, что у них нет финансовых проблем и когда ты не тратишь время на волнение о деньгах, ты играешь более бесстрашно. У меня тоже все в порядке, но я разве мне хочется в конце дня потерять полмиллиона? Не очень… Важно знать своих оппонентов и игру. Играя против лучших игроков мира, я не собираюсь рассчитывать на переезд.

Какой бы совет ты дал всем парням, достигшим успеха в том же возрасте, что и ты?
-    Заниматься банкролл-менеджментом, потому что важно избежать банкротства в игре, когда у тебя нет других денежных источников. Ну и быть дисциплинированным – играть так хорошо, как можешь и избегать тилта.

Что для тебя значила вторая победа на WPT?
-    Первая победа изменила мою жизнь, эта же не скажется на моем образе жизни, но значит для меня очень много. Я так давно ничего не выигрывал, так что вернуться и через 7 лет снова выиграть WPT это как сказать всему миру: “Знаете что? У меня ещё есть порох!”. Такая реабилитация.

Ты известен своей нелюбовью к разговорам о розыгрышах, но все-таки не могу не спросить – есть какая-то запомнившаяся рука на WPT?
-    Был один шикарный розыгрыш, когда я заблефовал Ванессу Руссо на весь свой стек. Это была самая значительная для меня рука в турнире и крупнейший блеф в моей покерной карьере. Я повысил с SB c разномастными . Ванесса приняла и на стол вышли – две их них крести. Я оставил, она приняла. На терне вышел король, что было для меня удачно, потому что я мог показать что  меня есть туз. Я поставил 950k, она снова приняла, оставив себе 2,5 миллиона стека. На ривере я был уверен, что у нее нет туза, так что я нажал и она сбросила. Я уверен, что у неё было что-то вроде двух пар. После того я был просто уверен что я выиграю турнир.

В финале ты сражался против своего друга Эндрю Робла. Это как-то виляет на игру?
-    Нет, я хотел его уничтожить. Мы друзья, но мы оба очень соревновательные. Нам нравится давить друг на друга так же, как и на других. А может и больше. Я точно не собирался расстраиваться, что выиграл у него. План был устроить ему такую пытку, чтобы он её до конца дней не забыл. Когда ты остаешься один на один в битве за титул WPT ты жмешь до последнего.

Практически как с Филом Лааком. У вас хорошие отношения, но вы постоянно пытаетесь уничтожить друг-друга в финансовом плане. Он все ещё работает над  твоим уничтожением?
-    Нет, это не то. Я просто думаю, что он удачливее чем я, так что он всегда побеждает в хедс апах, на коин флипе или в рулетке или в чем угодно подобного рода. Иногда надо просто сдаться.

Где ты видишь себя ещё через семь лет?
-    У меня будет двое или трое детей. Семья становится важнее, когда ты становишься старше. Одна из лучших вещей, произошедших на WPT это то, что моя мама смогла быть там.  Она живет в Париже и прилетела на мой день рождения. До этого она никогда не была на покерных турнирах – она не спускалась в рум даже в финале, до тех пор пока я не остался один на один с противником. Финальный день это был день моего рождения. И выиграл, мои родители были рядом и это был мой день рождения – это было просто невероятно.